Кірыл Дубоўскі. Незаслуженно забытые

Я шел по коридору, когда из-за угла выскочил наш редактор и схватил меня за руку.

— Мне нужно с вами поговорить.

Я понял, что наклевывается работа, за которую можно получить хорошие деньги, так просто редакторы за журналистами сами не гоняются. Для этого у них есть заместители и секретарши.

— Я в вашем распоряжении.

— Не здесь, — потянул меня за рукав редактор, — пройдемте в мой кабинет.

Я последовал за ним.

— Вам, наверное, знакомо имя мистера Х? — спросил редактор, когда мы вошли.

— Конечно, его даже дети знают. — Мистер Х был фантастически богат, а также известен своими причудами.

— Мистер Х заказал у нас журнал. Платит по-королевски. Этим журналом займетесь вы, от начала и до конца.

Какая честь, подумал я.

— И о чем же Мистер Х хочет журнал?

— Мистер Х хочет, чтобы мы сделали журнал о крокозяблике.

— О ком?

— Крокозяблике, что тут непонятного? — сказал редактор, заметно нервничая.

— Позвольте поинтересоваться, что это за фрукт?

— Ну как, — развел руками редактор, — мне казалось, вы должны знать. Зверушка такая, в школе, кажется, проходили…

— Да-да, что-то припоминаю, — сказал я. Не отказываться же было от работы. — Я займусь этим журналом.

— Отлично! — принялся трясти мне руку редактор. — Гонорар по тройной ставке, приступайте немедленно!

Я вернулся в свой кабинет и принялся размышлять. В наше время не заказывают журналы о крокозябликах, тут что-то нечисто. Но раз я согласился, ничего не поделаешь, придется выполнять. Я включил компьютер и открыл новый документ. Предстояло подумать над концепцией.


Журнал называется "Крокозяблик". Его название большими буквами написано в самом верху обложки. Ниже буквами помельче "Незаслуженно забытый шедевр природы". Под текстом изображен довольный крокозяблик.


Решение изобразить на обложке крокозяблика родилось само собой исходя из тематики будущего журнала. То, что он должен быть обязательно довольным, также казалось вполне естественным. Мне приходилось видеть фотографии улыбающихся коров, собак и ежиков, и я хорошо помнил то дивное умиление, которое они вызывали в моем сердце. Поэтому я не сомневался, что вид смеющегося крокозяблика будет разить читателя наповал.


Выхухоль, опоссум, крокозяблик… Несчастные твари мира сего, незаслуженно забытые человеком. Мы знаем все о собаках и кошках, слонах и медведях, но кому из нас известно хоть что-нибудь о трогательном, милом и доверчивом существе, которым по признанию авторитетных ученых является крокозяблик? Практически никому. Это так свойственно человеку — забывать о тех, кто живет вместе с ним. Наш журнал призван восстановить справедливость. Никто не забыт нашей редакцией, ничто не забыто.


Стратегия была определена. Я показываю читателям крокозяблика, которого они еще не видели, все умиляются и радуются. Мистер Х платит редакции деньги, а я получаю свой гонорар. Остается техника. Парочка статей и написанных мной интервью — и дело в шляпе.


— Уважаемый Ученый! Это правда, что вы уникальный специалист по крокозябликам?

— Достаточно того факта, что я посвятил изучению крокозябликов всю свою жизнь. Более сорока лет я наблюдаю за ними и хочу сказать, что это удивительные существа.

— Расскажите, пожалуйста, где можно встретить этих зверушек, возможно, наши читатели захотят познакомиться с ними поближе.

— Авторитетно заявляю, что они повсюду. Крокозяблики с нами дома, когда мы отдыхаем, и на работе, когда мы трудимся. Больше добавить мне нечего.

— Почему же тогда в нашем мире так редки отношения между человеком и крокозябликом?

— Все дело в людском характере. Человек привык повелевать животными. Собака приносит ему тапочки, лошадь на него пашет, а пчелы собирают для него мед. Крокозяблик же может быть только другом. Милым и доверчивым другом. Как только он видит, что человек пытается его эксплуатировать, он прячется. Конечно, бывали случаи дружбы между человеком и крокозябликом, но тяжело удержаться, чтобы рано или поздно не попросить доброго зверька вымыть посуду.



Писать о крокозябликах было не так уж и сложно, однако я не знал, как воспримут журнал читатели, не будут ли они пытаться подавить в себе комплекс вины, вымещая злобу на нашей редакции. Да и поверят ли они в существование такого идеального зверька?


В городском зоопарке людно. Взрослые и дети бродят между клеток, разглядывая животных. Я подхожу к уже немолодому мужчине в форме работника зоопарка и прошу его ответить на несколько вопросов. Мужчина вначале отказывается, но когда узнает, что я интересуюсь жившим когда-то в зоопарке крокозябликом, соглашается. «Вы хороший человек, это сразу видно», — говорит он мне.

— Скажите, неужели в зоопарке и в самом деле жил настоящий крокозяблик?

— Жил, — отвечает мужчина, и на его морщинистом лице проступают слезы.

— Расскажите, пожалуйста, подробнее, — прошу я.

— Коко... Мы все его так звали. Это было святое животное… Простите, мне тяжело говорить. Он жил с нами три года.

— Он был хорошим?

— Он был лучшим. Мы все его очень любили. Даже не воспринимали как зверушку, верите? Иногда, по вечерам, он помогал делать нам обход, укладывал животных спать, у него это получалось…

— Он не причинял вам абсолютно никаких неудобств?

— Ну почему. Гадил много, тяжело убирать было, а сам он не хотел. Но это такие мелочи. Хорошего было больше.


Через две недели мы сдали журнал о крокозяблике в печать. Его раскупили за несколько дней, и нам пришлось делать дополнительный выпуск. Мистер Х щедро заплатил, как и обещал. Я получил большой гонорар и уехал в отпуск. Когда вернулся, в коридоре меня за руку снова поймал редактор.

— Есть работа для вас! Мистеру Х так понравился журнал, что он решил заказать у нас еще один.

— О крокозябликах?

— Нет, на этот раз о жабокряках. Ну, зверушки такие маленькие, вы должны были проходить в школе…